Карл Иванович родился в дворянской семье 11 ноября 1827 года в Туле. Но вскоре родители переселились в Петербург. И юного Карла отдали на воспитание в знаменитую Аннинскую школу. Она была учреждена еще по повелению императора Павла Первого при духовном Ордене святой Анны. В той школе получали образование преимущественно дети из немецких семей, живших в Петербурге.

Продолжил образование Карл Иванович в университете города Дерпта (ныне г. Таллин). Там Максимович получил научную специализацию - исследование природной среды Дальнего Востока. По такой программе Максимович начал трудиться в Ботаническом саду г. Дерпт. Два года пролетели незаметно. Молодой ученый вернулся в Петербург, где был зачислен в Ботанический сад Академии наук на скромную должность - консерватор растений.

Между тем на Дальнем Востоке России развернулась большая работа по определению границ империи. На Дальнем Востоке трудились молодые специалисты из многих научных центров. Готовились к научным поездкам и сотрудники Ботанического сада. Таким образом Максимович был зачислен в состав экспедиции, уходившей в кругосветное путешествие под командованием адмирала Евфимия Путятина. Но тогда Максимович до берегов Японии не добрался. Его целью была дельта реки Амур - район, совершенно не изученный.

Экспедиция Максимовича завершилась в 1857 году с блестящими результатами. В 1859 году он опубликовал результаты путешествия, удивившие многих ученых в Западной Европе. 915 новых видов цветковых и споровых растений он ввел в ботаническую науку.

Дальнейшая карьера ученого складывалась успешно. Карл Иванович много работал. Подготовил 20 выпусков "Диагнозы новых растений Японии и Манчжурии" на латинском и немецком языках. В 1868 году он был избран академиком. С 1871 года возглавил Ботанический музей Петербурга. Особая страница творчества Максимовича - второе путешествие 1859-1864 годов в Японию.

 

 
Несмотря на успехи, достигнутые в дельте Амура, Максимович понимал, что исследовательская задача не завершена. Необходима была более широкая информация о Японских островах. Концепция ученых петербургского Ботанического сада исходила из гипотезы единства природной среды Японии и всего Дальневосточного региона. У этой теории было немало противников. Поэтому нужны были факты, доказательства. Так возникла еще одна экспедиция, конечная цель которой - посещение северной части Японии. Отправившись из Иркутска, Максимович 1 мая 1859 года достиг реки Шилка. И здесь план путешествия претерпел серьезные изменения. Несмотря на Айгунский мирный договор, китайские и маньчжурские чиновники не пропустили группу Максимовича в устье реки Сунгари, главный приток Амура. Поэтому до Николаевска пришлось добираться трудным обходным путем. Лишь 2 октября ученый прибыл в Николаевск, преодолев 1100 вест пути. Там пришлось зимовать.

Лишь в январе 1860 года Максимович нашел возможность пуститься в дальнейший путь. 18 сентября он прибыл в Хакодате, где прожил более года. Радиус исследовательских поездок по острову в то время был невелик - 30 верст. Такие ограничения ввело японское правительство для иностранцев. Но Карл Иванович был рад и этому. Ведь там еще не ступала нога ни одного ученого-европейца. Находки превысили ожидания. Гербарии, привезенные в Петербург, открыли для ботаники две новые области - юго-восточную Маньчжурию и остров Эдзо (Хоккайдо) в Японии.

Максимович снял в Японии постоянную квартиру, где складировал образцы растительного мира. Ему была предоставлена возможность пересылать морем собранный материал в Петербург. Помогали и российские дипломаты, обеспечивая безопасность его передвижения по стране. В 1861 году ученый перебрался в Нагасаки, откуда пытался совершать поездки по южной Японии.

Бесценным помощником Максимовичу стал нанятый им слуга-японец. Он работал на острове Кюсю, в районах, куда не мог попасть сам ученый, поднимался на Фудзияму, на вулкан Бундзэн и собрал уникальный растительный материал. К сожалению, Максимович нигде не называл имени своего преданного помощника. Но вклад его в мировую науку неоднократно подчеркивал.

Завершив задуманное, Карл Максимович в феврале 1864 года вернулся в Россию.

 

 
2 тысячи пород японских растений открыл Максимович мировой науке. В Петербург он привез срезы деревьев 187 наименований, гербарии, семена 300 пород растений, коллекции чайных кустов. Петербургский Ботанический сад благодаря той коллекции встал в ряд с мировыми ботаническими центрами. Но и в области теории Максимович сделал немало. Он опроверг существовавшую точку зрения о том, что Япония резко выделяется из всей зоны Дальнего Востока. Оказалось, что по флоре она имеет много общего с Китаем и другими странами Азии и даже с Сибирью.

Часть растений из Японии вскоре прижились и на российской почве. Так, в дворянских усадьбах Петербурга и Москвы начали сажать японскую ветреницу из семейства лютиковых. В Петербурге появился японский лилейник, широко распространенный по всему Дальнему Востоку. В Грузии стали культивировать чайные кусты, хотя это и произошло несколько позже.

Людмила Кучумова