Характерная для этих образов лирическая задушевность, внимание к частной, «естественной» жизни человека свойственны и некоторым парадным его портретам (прежде всего, знаменитому портрету Екатерины II (1794, Третьяковская галерея), изображенной в домашнем платье на прогулке в царскосельском парке). Переливчатые, нежные цветовые гаммы органично связывают фигуры с пейзажным фоном. Кисть мастера не столько заостряет индивидуальные черты, сколько отмечает общие свойства просветленной, облагороженной человеческой натуры, благодаря чему большинство его персонажей, в особенности женских, кажется связанным неким фамильным родством. Среди типичных работ этого периода портреты Н. И. Куракиной (1795), Е. Н. Арсеньевой (1796, оба Русский музей), М. И. Лопухиной (1797, Третьяковская галерея). Хрупкая, мечтательная красота последнего портрета век спустя вдохновила Я. П. Полонского («Она давно прошла и нет уже тех глаз,/ И той улыбки нет, что молча выражали/ Страданье тень любви, и мысли тень печали.../ Но красоту ее Боровиковский спас («К портрету М. И. Лопухиной», 1885).

В поздний период Боровиковский активно занимается преподаванием, организовав у себя дома нечто вроде частной школы (среди его учеников был А. Г. Венецианов).