Появление русских людей на территории современной Норвегии уходит корнями во времена викингов (в древнерусских летописях — варягов) и Киевской Руси. С 80-х годов XVII века и конца 20-х годов XX века их присутствие было напрямую связано с коммерческими, торговыми контактами между поморами Русского Севера и жителями соседней области Финнмарк в Северной Норвегии.

 

            Внимания заслуживает и факт нахождения останков становищ русских зверобоев на островах архипелага Свальбард, датируемых началом XVIII века, упоминаемый в диссертации норвежской исследовательницы Торы Хюльтгреен из Музея Университета Тромсе. По гипотезе российских ученых, открытие этого архипелага и его первое промысловое освоение принадлежит русским северянам-поморам, которым Шпицберген был известен уже в XIV-XV веках. Они считали открытую ими землю частью Гренландии и потому назвали её Грумант. Здесь велся пушной и китобойный промысел; поморы оставили на архипелаге свидетельства своего пребывания, например, деревянные кресты, которые помимо религиозного значения выполняли функцию навигационных знаков, останки судов и поселений, промысловые инструменты. 

 

            Однако, несмотря на эти факты и близкое географическое соседство наших стран, история русской эмиграции в Норвегии на удивление коротка.  Вплоть до революции 1917 года в Норвегии практически не было русской общины.  Зато в мае 1920 года, после разгрома белой армии генерала Евгения Миллера на Севере России, пароход «Кузьма Минин» доставил в норвежский порт Тромсе свыше тысячи российских беженцев. Часть из них вскоре уехала из Норвегии в другие страны Европы и США, а часть осталась и осела сначала в Лиллехаммере, а затем и в Христиании, переименованной в январе 1925 года в Осло, где и было создано «Российское эмигрантское общество». 

 

            Естественно, из-за своей малочисленности русская эмиграция в Норвегии не смогла создать существенной культурной среды, но сумела познакомить норвежцев с русской культурой, вписав своеобразную страницу в историю взаимоотношений двух стран.

Лев Троцкий и Норвегия

 

            Норвегия в судьбе Льва Троцкого (Лейбы Давидовича Бронштейна, 1879-1940 гг.) возникла в самый сложный период его жизни — в период изгнания.  В 1929 году, опираясь на решение Политбюро ЦК ВКП(б), И Сталин выслал Троцкого из СССР. Весной 1935 года Троцкий обратился за разрешением на въезд в Норвегию, визу получил в июне, его пребывание в этой стране вместо запланированных шести месяцев растянулось на полтора года. 

 

 

            Россия — ближайшая к Норвегии православная страна, именно русские принесли сюда православие в начале ХХ века. Православных приходов в Норвегии не существовало, если не считать небольшой части исконного населения провинции Финнмарк — саамов, издавна исповедующих православие. 

 

            В Осло (Христиании) располагалась российская миссия, небольшая русская колония вокруг нее, возглавляемая консулом Христофором Кристи.  Однако, эта община была слишком мала для того, чтобы создавать на своей базе постоянный приход. Для отправления религиозных обрядов (крещения, венчания и отпевания) сюда периодически приглашали православного священника из русской церкви в Стокгольме. Перемены начались вскоре после революции 1917 года и последовавшей за ней гражданской войны, когда миллионы беженцев из России оказались в Европе, в том числе и в Норвегии. Первой публичной православной службой в Христиании стала панихида по убиенной царской семье.  В 1921-1929 годах богослужения и другие религиозные мероприятия проводились эпизодически либо в помещении российской миссии, либо в школе Вестхейм. Православные попрежнему приглашали для церковных служб священников из православного прихода в Стокгольме.

 

            В 1929 году была создана инициативная группа, затем организован православный приход в Осло. Помощник настоятеля стокгольмского храма, отец Александр Рубец, поставил в качестве необходимого условия образования прихода объединение усилий членов обоих русских обществ. 8 апреля 1931 года состоялось «Генеральное собрание» всех проживающих в Осло православных христиан.  Собрание приняло резолюцию о создании православного прихода и назначило его настоятелем стокгольмского священника Петра Румянцева. Таким образом, в апреле 1931 года в Осло был официально открыт первый на норвежской земле приход православной церкви Святого Николая.

 

            В русской до- и послереволюционной эмиграции православные приходы всегда были важным объединяющим фактором для людей, оказавшихся далеко от Родины. Часто приходы становились настоящими центрами русской культуры, где, кроме сугубо церковного делания, занимались также русским искусством: музыкой, литературой, изобразительным искусством, языком.

 

            В наше время Русская Православная Церковь в Норвегии определяет своей главной задачей организацию живой и благодатной церковной жизни, однако она немыслима без русской культуры — выразителя русского православного духа.

Военное лихолетье

 

            Во время Второй мировой войны в  «Страну фьордов» пришла очередная волна эмиграции, состоявшая из советских военнопленных, которых немцы пригоняли для работ на военных заводах и рудниках в Норвегии. В этот исторический период на территории Норвегии существовало 400 лагерей для военнопленных. С восточ-ного фронта в них было привезено около ста тысяч советских солдат и офицеров. Большинство из них работало на строительстве береговых оборонительных сооружений. Не всем им было суждено выжить. Около 14 тысяч русских воинов остались навечно лежать в земле Норвегии. Небольшая часть выживших советских военнопленных после войны осела здесь по разным причинам, но большинство вернулось на Родину.

 

            Многие пожилые норвежцы хорошо помнят советских военнопленных, с некоторыми из них они познакомились в те далекие годы, вместе работали.  После освобождения, многие из них оставили норвежцам свои адреса в СССР. Но они очень долго ничего не могли узнать друг о друге. Позже стало известно, что тот, кто отваживался писать письма в Норвегию, рисковал попасть в КГБ.

 

            В послевоенные годы, и особенно с началом «холодной войны», российская община в Норвегии практически не увеличивалась и оставалась весьма немногочисленной.

 

 

            Всплеск интереса к Норвегии пришелся на начало экономических реформ 1992 года. Границы стали открытыми, расширялись контакты в регионе Баренцева моря. В Мурманск, Архангельск и Карелию направлялись много-численные делегации норвежцев, стали проводится различные конференции и тематические семинары.

 

            Открытие границ и восстановление прямых связей с Норвегией дали толчок новой миграционной волне. В Северную страну в поисках заработка и лучшей жизни ринулись многие бывшие советские граждане из Мурманска и других городов Кольского полуострова, из различных регионов России и стран СНГ. Среди них были «новые русские», вездесущие «челноки», мурманские и архангельские рыбаки, потерявшие работу, офицеры Советской Армии, ставшие ненужными в суверенных государствах, «жрицы любви» и преступные авторитеты.

 

            К концу 90-х годов XX века приток русскоязычных мигрантов в Норвегию существенно снизился. Кто-то уехал в другие страны, кто-то вернулся домой, не найдя себе работы в  «Стране викингов и троллей». Некоторые остались и живут на государственные пособия для безработных, другие выучили норвежский язык, женились на норвежках и смогли как-то устроиться.

 

            В настоящее время в Норвегии проживают свыше 3,5 тысяч русскоязычных. Кроме них на острове Шпицберген в архипелаге Свальбард живут около тысячи российских и украинских шахтеров, добывающих вахтовым методом уголь. У них есть целое поселение -город Баренцбург.

 

            Киркенес — самый русский город в Норвегии. Он находится в двух километрах от российской границы. Здесь россияне составляют почти десять процентов от всего пятитысячного населения, названия главных улиц пишутся здесь и на кириллице, а в местной библиотеке есть даже русская секция, в ряде школ преподается русский язык.

 

            Норвежцы в шутку называют Киркенес «маленьким Мурманском». В городе работает «Самовар-театр», проходят русские детско-юношеские фестивали.  В большинстве своем русские в Норвегии — это нынешние и бывшие жены норвежцев и их дети, российские рыбаки, работающие на норвежских хозяев, есть также и небольшое число редпринимателей, врачей, преподавателей, ученых, музыкантов.

 

            По данным Центрального статистического Бюро Норвегии, в начале 2003 года в стране проживало более 6600 русских и украинцев, у которых родились 1100 детей. В норвежской северной губернии Финнмарк с выходцами из России заключается около сорока процентов браков.

 

            Небольшие русские общины существуют сегодня также в Осло, Тромсе, Буде и некоторых других городах Норвегии.  В стране издается газета «Русский бульвар».