Протоиерей Борис Бобринской. "Русская мысль", № 3592 от 25 октября 1985 года. Журнал "Церковный вестник", 2000. (Статья из "Православной энциклопедии"). Текст статьи предоставлен К. И. Кривошеиной (Париж). Источник: Свято-Троицкое Патриаршее подворье в Брюсселе.

Памяти Архиепископа Брюссельского и

Бельгийского

Протоиерей Борис Бобринский

Архиепископ Василий Брюссельский и Бельгийский (в миру Всеволод Кривошеин) был призван ко Господу 22 сентября с.г. (1985) в родном городе Петербурге, где он родился 19 июня 1900 года и где провел всю свою юность вплоть до Первой мировой войны. Его отец А. В. Кривошеин был министром земледелия и землеустройства в царствование императора Николая II.

Февральская революция застала его студентом филологического факультета Петроградского университета. Переехав вскоре в Москву, Всеволод решил перебраться на юг и вступить в ряды Добровольческой Армии. Вследствие военных действий Всеволод был вывезен из Новороссийска в Каир в конце 1919 года. В 1920 году он оказался в Париже со всеми оставшимися в живых членами своей семьи. Он поступил в Сорбонну и одновременно принимал участие в съездах православной молодежи.

В 1924 году он записался студентом в только что основанный митрополитом Евлогием Св. Сергиевский Богословский институт в Париже, но почти сразу, приняв участие в экскурсии на Афон, решил остаться там навсегда.

Всеволод принял постриг в русском Св. Пантелеймоновском монастыре: в монашестве ему было дано имя Василий. Постепенно, наряду с обычными монастырскими послушаниями, овладев греческим языком, о. Василий стал вести канцелярскую работу монастыря и был допущен в ценнейшее книгохранилище обители, где находятся древние греческие рукописи и архивы. С этого времени началось его увлечение святоотеческой письменностью.

Уже в 1936 году о. Василий приобрел известность своей замечательной работой о тогда еще мало известном святом Григории Паламе ("Аскетическое и богословское учение св. Григория Паламы").

В 50-х годах о. Василию пришлось покинуть родной монастырь. Тогда же я с ним познакомился в Афинах, где мы часто встречались либо в русской церкви св. Никодима, либо в Национальной библиотеке, где мы оба работали в отделе греческих древних рукописей.

В 1951 году, благодаря ходатайству митрополита Германоса Фиотирского, о. Василию удалось получить приглашение в Оксфордский университет, чтобы участвовать в составлении "Греческого Святоотеческого Словаря". С тех пор и расширилась его научная работа по святым отцам Церкви и, главным образом, по изданию научного греческого подлинника трудов преп. Симеона Нового Богослова, во французской коллекции "Sources Chretiennes". Его издательская работа увенчалась напечатанием блестящей монографии о преп. Симеоне, вышедшей одновременно по-русски и по-французски в 1980 году.

Я должен, конечно, упомянуть о его частом присутствии и деятельном участии в литургических ежегодных съездах в Богословском Институте в Париже. Мы радовались его выступлениям на общих собраниях этих ученых съездов.

Уже по приезде в Оксфорд о. Василий принял священство; а в 1959 году состоялась в Лондоне его епископская хиротония для Бельгийской кафедры Московской Патриархии. С 1960 г. до самой своей кончины Владыка Василий жил в доме при русском храме в Брюсселе.

За эти 25 лет своего епископства Вл. Василий принимал деятельное участие в междухристианских и всеправославных съездах и совещаниях как представитель Московской Патриархии.

Будучи глубоко преданным Русской Церкви, Вл. Василий скорбел о ее состоянии подневольности в отношении к советскому государству. Его голос был одним из немногих, прозвучавших во время заседаний Московского Собора в 1971 году, когда он выступил в пользу тайного голосования при избрании будущего Московского Патриарха.

Тогда же Вл. Василий публично и повторно выступал против так называемых постановлений 1961 года о приходах. Он оспаривал эти постановления как противные канонам, нарушающие единство церковного управления, передающие всю власть в приходах мирянам, одним словом, вредные для Церкви.

"Почему же вы все молчали?" - спросил он одного архиерея. "Мы забиты, мы не можем говорить, но вы говорили от имени всех. Спасибо вам. Все архиереи слушали вас и были согласны с тем, что вы говорите. Все архиереи лобызали ваши уста".

После мировой Ассамблеи и Всемирного Совета Церквей в Найроби в 1976 году Вл. Василий выступил с открытым письмом, обращенным к пастору Филиппу Поттеру, Генеральному секретарю Всемирного Совета Церквей. В этом письме Вл. Василий выражал свою высокую оценку и всецелую поддержку выступлениям в защиту христиан в Советском Союзе, страдающих от тяжелых дискриминаций и даже преследований: "Выражаю свою глубокую благодарность всем, кто возвысил свой голос в Найроби в защиту религиозной свободы в Советском Союзе и нарушил тем самым скандальное молчание, хранившееся до последнего времени по этому вопросу. Надеюсь, что борьба за права верующих в России будет продолжаться..."

А в 1980 году Вл. Василий отправил телеграмму Л. И. Брежневу, в которой он "восставал с возмущением против полицейского произвола на Русскую Православную Церковь при аресте отца Дмитрия Дудко, ревностного пастыря и проповедника веры. В качестве епископа, принадлежащего к Московской Патриархии, - писал он, - я требую немедленного освобождения сего достойного священнослужителя".

Тогда же Вл. Василий выступал в бельгийской прессе по случаю ареста и тюремного заключения о. Глеба Якунина и о. Дмитрия Дудко: "Я возмущен этими арестами и всеми формами религиозного преследования со стороны государства".

Вышеупомянутые выступления достаточно обрисовывают ревностную и бескомпромиссную любовь Владыки Василия к Русской Церкви в эпоху бесчисленных и тяжких ее испытаний. Сумев сочетать полную лояльность церковной власти с сильным и могущественным словом против государственного произвола и насилия, он говорил во всеуслышание от имени Русской Церкви, принужденной к молчанию, он выразил ее страдание и дал громкий голос ее живой совести.

В сентябре с.г. Вл. Василий совершил поездку в Россию. 12 и 15 сентября он служил в Преображенском соборе в Ленинграде, где его крестили 85 лет тому назад. После обедни он почувствовал себя плохо и был сразу же помещен в больницу. 22 сентября Владыка скончался. По выраженному им желанию он был похоронен на русской земле, на Серафимовском кладбище в родном городе.

Кончина его на русской земле видится мне как явный знак Божьего благословения за длинную, трудную и многострадальную жизнь архипастыря и богослова в служении Русской Церкви и в свидетельстве Правды Христовой.

"Душа его во благих водворится".

"Русская мысль", № 3592 от 25 октября 1985 года

ПРЕОСВЯЩЕННЫЙ ВАСИЛИЙ,
АРХИЕПИСКОП БРЮССЕЛЬСКИЙ И БЕЛЬГИЙСКИЙ

к 100-летию со дня рождения
и 15-летию со дня кончины

17/30 июля 2000 года исполнилось 100 лет со дня рождения ныне покойного архиепископа Брюссельского и Бельгийского Василия (Кривошеина), родившегося в 1900 году в С.-Петербурге и скончавшегося в родном городе в 1985 году.

Архиепископ Брюссельский и Бельгийский Василий (в миру - Всеволод Александрович Кривошеин), сын министра Земледелия, Александра Васильевича Кривошеина и Елены Геннадиевны, урожденной Карповой, родился 17/30 июля 1900 г. в С.-Петербурге.

Окончив в 1916 г. гимназию в Петрограде, Всеволод Кривошеин поступил на историческое отделение историко-филологического факультета Петроградского университета. Весной 1917 г. он переехал в Москву, где продолжал образование на том же факультете Московского университета. В 1919 г. принял участие в гражданской войне, отморозил руки и ногу и в феврале 1920 г. был эвакуирован из Новороссийска в Египет; осенью 1920 г. он переехал в Париж и поступил там на филологический факультет Сорбонны, который окончил с дипломом.

В 1924-1925 гг. Всеволод Александрович принимал участие в Русском Христианском Студенческом Движении, был на его съездах в Аржероне. В сентябре 1925 г. он выехал из Франции на съезд Движения в Хоповском монастыре в Югославии, откуда отправился в паломническую поездку на Афон. Прибыв в русский Пантелеимонов монастырь, он обошел затем монастыри Святой Горы, а в праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы того же года был принят в качестве послушника в братство Пантелеимонова монастыря игуменом архимандритом Мисаилом.

Новый послушник состоял под руководством духовника архимандрита Кирика, и нёс послушание в мастерской починки церковных облачений. В канун праздника Благовещения в 1926 г. он был пострижен в рясофор с именем Валентина, а год спустя - в мантию, с именем Василия, и получил новое послушание: учиться греческому языку, что и осуществлял сначала в монастыре, а потом на Карее, афонской столице (1927-1929). С этой поры и до 1942 г. монах Василий исполнял обязанности монастырского секретаря по греческой переписке с церковными и гражданскими учреждениями, а также, как знающий западные языки, обязан был "водить" иностранных гостей, посещавших монастырь.

Почти ежегодно его посылали на Карею, на имевшие место дважды в год общеафонские Собрания; в 1942-1945 гг. он был постоянным представителем (антипросопом) монастыря во св. Киноте (афонском "парламенте"), а в 1944-1945 гг. еще и членом Эпистасии (афонского административного органа).

За время двадцатидвухлетнего пребывания на Святой Горе, монахом Василием была написана работа: "Аскетическое и догматическое учение св. Григория Паламы" (издана в Праге в 1937 г. в ежегоднике Seminarium Konda-kovianum; переведена на английский и немецкий языки). Это первая работа общего характера, написанная на русском языке, на основе всех изданных творений св. Григория Паламы. Она может рассматриваться как ответ на нападки на св. Григория современных католических ученых (Жюжи и других), хотя и была начата еще до того, как о. Василий ознакомился с ними.

В период жизни монаха Василия в Пантелеимоновом монастыре, на Афоне жило много старцев высокой духовной жизни, как, например (кроме вышеупомянутых игумена архимандрита Мисаила и духовника архимандрита Кирика), иеросхимонах, впоследствии игумен архимандрит Илиан, о. Феодосий Карульский, о. Вениамин, пустынник Капсальский и, в самом монастыре - о. Диадох, о. Силуан, о. Трофим и другие. Но сам монастырь переживал острый кризис из-за непрерывного старения и сокращения числа братии: в 1925 г. в монастыре было 550 человек братии, а в 1947 г. оставалось всего 180, в значительной мере старики.

В феврале 1951 г., по приглашению настоятеля русского храма свят. Николая Чудотворца в Оксфорде, архимандрита Николая (Гиббса) и с благословения игумена Пантелеимонова монастыря архимандрита Иустина, монах Василий прибыл в Англию и стал работать по подготовке издаваемого Оксфордским университетом, под редакцией проф. Лампе, богословского словаря греческого патриотического языка; словарь был издан в 1962-1968 гг., отец же Василий сотрудничал в нем до 1955 года.

21 мая 1951 г., с благословения игумена Пантелеимонова афонского монастыря и митрополита Крутицкого и Коломенского Николая, монах Василий был рукоположен епископом Далматинским Иринеем (Сербского патриархата) во иеродиакона, а на следующий день - во иеромонаха, и стал служить в Оксфордской церкви свят. Николая в качестве помощника настоятеля. Оксфордский приход, небольшой по численности, отличался высоким образовательным уровнем своих членов; многие из них были профессорами или студентами Оксфордского университета. Во время своей жизни в Оксфорде о. Василий принимал участие в съездах и собраниях Содружества преп. Сергия и муч. Албания.

В сентябре 1951 года о. Василий участвовал в первом Международном съезде патрологов в Оксфорде, где читал доклад. Эти съезды имеют место каждые четыре года в Оксфорде и по составу участников и по качеству докладов являются одним из самых значительных богословских собраний нашего времени. За период 1951-1979 гг. состоялось девять таких съездов, и отец, в дальнейшем - преосвященный Василий, принимал участие во всех этих съездах, каждый раз выступая с докладом; например, в 1967 г. на общем собрании съезда он читал доклад на тему "Экклезиология св. Василия Великого". Кроме того, в 1958 г. был он на съезде византологов в Мюнхене.

Еще 28 апреля 1957 г., по указу Святейшего Патриарха Алексия I, иеромонах Василий был возведен в сан архимандрита; а постановлением Святейшего Патриарха Алексия и Священного Синода от 26 мая 1958 г. архимандрит Василий был назначен викарием Патриаршего Экзарха в Западной Европе митрополита Николая с титулом Волоколамского и с пребыванием в Париже. Хиротония, однако, несколько задержалась из-за трудностей с получением визы и была совершена 14 июня 1959 г. в Лондоне, в Успенском соборе Русской Православной Церкви. Наречение было совершено митрополитом Корсунским Николаем, патриаршим Экзархом в Западной Европе, епископом Сергиевским Антонием и греческим епископом в Лондоне Иаковом Апамейским (Константинопольский патриархат), а сама хиротония во епископа Волоколамского - митрополитом Николаем и епископом Антонием.

Епископ Василий переехал на место своего назначения в Париж в ноябре 1959 года; сразу же состоялась его поездка в Салоники для участия в торжествах 600-летия со дня кончины свят. Григория Паламы, архиепископа Фессалоникийского.

По кончине (в апреле 1960 года) митрополита Брюссельского и Бельгийского Александра (Немеловского) епископ Василий, указом Святейшего Патриарха Алексия I и Священного Синода был назначен на Брюссельскую кафедру; епископ Василий прибыл в свою епархию к празднику свв. апп. Петра и Павла.

В июле того же года он был приглашен Патриархией в Москву, где, в день праздника Казанской иконы Божией Матери был возведен в сан архиепископа Брюссельского и Бельгийского. До сего времени Преосвященный Василий был на родине, по приглашению Патриархии или в качестве туриста, всего пятнадцать раз: первый раз - летом 1956 года, еще иеромонахом, последний - в октябре 1979 года. За издание Огласительных слов прп. Симеона Нового Богослова, постановлением Совета С.-Петербургской Духовной Академии от 6 октября 1964 г., архиепископ Василий был удостоен степени доктора богословия и в его поездку в 1964 году, в праздник Покрова Божией Матери ему был вручен докторский диплом.

Архиепископ Василий входил в состав делегации Московского Патриархата на всех Всеправославных совещаниях, а именно - на первом Совещании в сентябре 1961 г., на втором, в сентябре 1963 г., на третьем, в ноябре 1964 г. на острове Родос, и на четвертом, в июне 1968 г. в Шамбези (Швейцария).

На этих Совещаниях было, в частности, принято решение начать богословский диалог с англиканами; программа диалога обсуждалась православными в Белграде в 1966 г., было еще собрание православных членов Комиссии в Хельсинки в 1971 г., но фактически диалог с англиканами начался в июле 1973 г. в Оксфорде. С тех пор англикано-православные встречи Комиссий и подкомиссий происходили почти ежегодно (в 1976 г. - в Москве), последняя встреча имела место в июле 1980 г. в Кардиффе. Во всех этих совещаниях архиепископ Василий также принимал участие, представляя Московскую Патриархию, часто читая доклады, как, например: "Спасительное дело Христа на Кресте и в Воскресении".

Более важным, чем эти встречи, было участие архиепископа Василия в Архиерейском совещании в Москве 28 мая 1971 г., и на Соборе Русской Православной Церкви, избравшем Святейшего Патриарха Пимена в Троице-Сергиевой Лавре 30 мая-2 июня 1971 г., и на интронизации новоизбранного Патриарха в Москве 3 июня.

Епархия архиепископа Василия была небольшая и по числу верующих и по числу храмов; в нее входил существующий с 1862 г. кафедральный собор свят. Николая Чудотворца (со службою на церковно-славянском языке и с прихожанами в подавляющем большинстве русского происхождения), три бельгийских храма со службою на французском и на фламандском языках в Брюсселе, фламандский храм в Хассельте и фламандский скит около Диксмюнде. Все эти бельгийские приходы возникли при архиепископе Василии.

В результате многолетних трудов по изучению творений прп. Симеона Нового Богослова архиепископ Василий написал большое исследование: "Прп. Симеон Новый Богослов. Жизнь. Духовность. Учение". Оно вышло на русском языке в Париже, в издательстве Имка-Пресс (1980, 360 стр.) и в том же году было издано на французском языке монастырем Шеветонь.

Владыка Василий много лет возглавлял редакционный Комитет "Вестника русского Западноевропейского Патриаршего Экзархата", в котором также был опубликован целый ряд им написанных статей.

Кончина владыки Василия на родной земле (а приехал он в Петербург в сентябре и принял участие в торжественном праздновании дня памяти св. благ. князя Александра Невского) видится как явный знак Божьего благословения за длинную, трудную и многострадальную жизнь архипастыря и богослова в служении Русской Православной Церкви и в свидетельстве правды Христовой. Отпевали владыку в Преображенском соборе, где когда-то его младенцем крестили. Похоронен Преосвященнейший Василий на Серафимовском кладбище с северной стороны храма.

Вечная ему память!

журнал "Церковный вестник", 2000

Архиепископ Василий (Кривошеин)
(Статья из "Православной энциклопедии")

 
ВАСИЛИЙ (Кривошеин Всеволод Александрович; 17.07.1900, С.-Петербург - 22.09.1985, там же), архиеп. Брюссельский и Бельгийский, богослов, патролог. Его отец, А. В. Кривошеин (1858-1921),- министр землеустройства и земледелия (1908-1915), один из сподвижников П. А. Столыпина в проведении земельной реформы, премьер-министр правительства Юга России адмирала П. Н. Врангеля (1920), мать - Е. Г. Кривошеина (урожд. Карпова). Находился в родстве со старообрядческой купеческой фамилией В 1916 г. В. А. Кривошеин окончил гимназию и поступил на историческое отд-ние историко-филологического фак-та Петроградского ун-та. Весной 1917 г. переехал в Москву, где продолжил образование на историко-филологическом фак-те Московского ун-та. В годы гражданской войны уехал на Юг, чтобы вступить в Добровольческую армию; после потери 2 пальцев руки был эвакуирован из Новороссийска в Каир. С 1920 г. жил в Париже.. В 1924 г. окончил филологический фак-т Сорбонны и записался студентом в только что основанный митр. Евлогием (Георгиев-ским) Православный богословский ин-т прп. Сергия Радонежского в Париже. В 1924-1925 гг. В. А. Кривошеин принимал участие в Русском студенческом христианском движении (РСХД), присутст-вовал на его съездах в Аржероне; в сент. 1925 г. выехал на съезд РСХД в Югославию, в мон-рь Хопово, откуда вместе с С. Сахаровым (впосл. схиархим. Софроний) отправился в паломническую поездку на Афон, к-рая определила всю его последующую жизнь. В праздник Введения во храм Пресв. Богородицы того же года он был принят послушником в Русский вмч. Пантелеимона мон-рь на Афоне и поставлен на послушание в мастерскую по починке облачений; 6 апр. 1926 г., в канун праздника Благовещения Пресв. Богородицы, был пострижен в рясофор с именем Валентин, а 18 марта 1927 г.- в мантию с именем Василий. В 1927-1929 гг. учился греч. языку сначала в мон-ре, а затем в Карее, адм. ц. Афона. Наряду с обычными послушаниями с 1929 по 1942 г. В. исполнял обязанности монастырского секретаря-грамматика по греч. переписке с церковными и гражданскими учреждениями, а также сопровождал паломников-иностранцев, посещавших Афон в летнее время. В совершенстве овладев греч. языком, исполнял канцелярские обязанности в мон-ре и, получив доступ в книгохранилище обители с богатейшими архивами древних рукописей, начал изучать святоотеческое наследие, написал ст. "Аскетическое и богословское учение св. Григория Паламы" (1936). Будучи в 1937 г. избран "соборным старцем", т. е. членом монастырского Совета, почти ежегодно назначался вторым чрезвычайным представителем мон-ря на общеафонских собраниях 20 мон-рей, где обсуждались и решались наиболее важные святогорские вопросы. В 1942-1945 гг. был представителем (антипросопом) Свято-Пантелеимонова мон-ря в Свящ. Киноте Св. горы, а в 1944-1945 гг. также членом Свящ. Эпистасии (адм. органа Афона). В то время мон-рь переживал острый кризис из-за непрерывного уменьшения числа братии в результате кончины ее престарелых членов и отсутствия пополнения по причине жестких ограничительных мер греч. властей, направленных против притока на Афон иностранцев, особенно русских. В., как монастырскому секретарю и представителю в Киноте, пришлось вести напряженную борьбу против таких ограничений, что вызвало резкое недовольство гражданской власти и высылку В. в сент. 1947 г. со Св. горы. При этом формально он оставался в составе братии Свято-Пантелеимонова мон-ря. В февр. 1951 г. по приглашению настоятеля домового храма во имя свт. Николая Чудотворца в Оксфорде (РПЦ), окормлявшего православных разных национальностей, архим. Николая (Гиббса) и с благословения игумена Свято-Пантелеимонова мон-ря В. поселился в Оксфорде. По благословению митр. Крутицкого и Коломенского Николая (Ярушевича) он был рукоположен еп. Далматинским Иринеем (Джорджевичем) (Сербский Патриархат) 21 мая 1951 г. в иеродиакона, а на др. день - в иеромонаха и назначен священнослужителем Свято-Никольского храма.

В период жизни в Оксфорде В. занимался активной церковно-научной деятельностью, принимал участие в съездах и собраниях Албания св. и прп. Сергия содружества, выступал на международных научных конгрессах и конференциях: участвовал в работе 1-го Международного съезда патрологов в Оксфорде (1951, затем вплоть до 1979 - в каждом из оксфордских патрологических съездов, являвшихся самыми представительными богословскими собраниями своего времени), в 1958 г. был на съезде византологов в Мюнхене. В апр. 1957 г. по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия I (Симанского) В. был возведен в сан архимандрита; 26 мая 1958 г. постановлением Святейшего Патриарха и Свящ. Синода был назначен 2-м викарием экзарха МП в Зап. Европе архиеп. Клишийского Николая (Еремина; впосл. митр. Корсунский) с титулом еп. Волоколамский и пребыванием в Париже. Хиротония В., однако, неск. задержалась из-за трудностей с получением франц. визы. В марте 1959 г. был назначен настоятелем Благовещенского храма в Оксфорде; 14 июня 1959 г. в Лондоне, в храме Успения Пресв. Богородицы (РПЦ), была совершена хиротония В. архиеп. Николаем (Ереминым) и еп. Сергиевским Антонием (Блумом; впосл. митр. Сурожский) (ЖМП. 1959. № 9. С. 27-32). В наречении принял также участие еп. Иаков Апамейский (Вирвос, К-польский Патриархат). В нояб. 1959 г. В. переехал в Париж, где нес архипастырское служение в качестве помощника архиеп. Клишийского; в том же году (11-15 нояб.) состоялась его поездка в Фессалонику для участия в торжествах, посвященных 600-летию со дня кончины свт. Григория Паламы (ЖМП. 1960. № 2. С. 72-80).

После смерти (в апр. 1960) митр. Брюссельского и Бельгийского Александра (Немоловского) указом Патриарха Алексия I и Свящ. Синода В. был назначен на Брюссельскую кафедру, на к-рой пребывал вплоть до своей кончины. Вскоре после назначения В. посетил Москву, где 21 июля 1960 г., в праздник в честь Казанской иконы Божией Матери, был возведен в сан архиеп. Брюссельского и Бельгийского. За время управления Брюссельской и Бельгийской епархией стараниями В. были открыты 2 храма в Брюсселе и мон-рь в Первейзе. В новооткрытых храмах служба совершается на франц., в мон-ре - на фламанд. языке.

В. много лет возглавлял редакционный комитет Вестника Русского Западно-Европейского Патриаршего Экзархата (ВРЗЕПЭ), в к-ром опубликовал множество своих статей. Активно участвовал в общественной жизни РПЦ: входил в состав делегации Московского Патриархата на трех Совещаниях представителей Поместных Православных Церквей на о-ве Родос (1961-1964) и на 4-м Совещании (1968) в Шамбези (Швейцария); решением Свящ. Синода от 5 авг. 1965 г. был назначен членом Межправославной богословской комиссии от РПЦ по диалогу с Англиканской Церковью. В. принимал активное участие в работе Всемирного совета Церквей (ВСЦ): летом 1963 г. работал на IV Всемирной конференции "Вера и церковное устройство" в Монреале (Канада), был членом делегации РПЦ на IV Ассамблее ВСЦ в Упсале в 1968 г. Присутствовал на XIX Международном конгрессе старокатоликов в Вене в сент. 1965 г. и на ежегодных богословских собеседованиях в Шевтони, а также на целом ряде богословских и экуменических форумов.

В сент. 1963 г. В. участвовал в торжествах в бенедиктинском аббатстве Сан-Джорджо Маджоре в Венеции, посвященных 1000-летию монашества на Афоне, однако вновь побывать на Св. горе он смог только в апр. 1977 г. В июне 1966 г. В. посетил Св. землю, совершил Божественную литургию у Гроба Господня и в Гефсимании и великое водоосвящение на р. Иордан (ВРЗЕПЭ. 1966. № 56. С. 238-252).

В. принял участие в Архиерейском предсоборном совещании Русской Православной Церкви 28 мая 1971 г., проходившем в Москве, на к-ром высказался за тайное голосование при избрании Патриарха, а также выступил против одобрения постановления о приходах, принятого Архиерейским Собором Русской Православной Церкви 18 июля 1961 г., передающего хозяйственно-финансовые обязанности от духовенства к мирянам, напомнив, что постановление нарушает каноны, согласно к-рым "епископ да имеет попечение о всех церковных вещах" (Ап. 38) (Из восп. о Соборе 1971 г. С. 212). На Поместном Соборе РПЦ 1971 г., проходившем в Троице-Сергиевой лавре 30 мая - 2 июня, на к-ром был избран Святейший Патриарх Московский и всея Руси Пимен (Извеков), В. подал письменное заявление, подтверждающее его отношение к постановлению о приходах 1961 г., а также выступил против политической окраски "Обращения Поместного Собора Русской Православной Церкви к христианам всего мира"; 3 июня присутствовал на интронизации Патриарха в Богоявления соборе в Елохове.

В. неоднократно приезжал в Россию, совершал богослужения, посещал храмы и мон-ри, с большим интересом следил за развитием церковной жизни в России. В окт. 1984 г. он присутствовал на торжествах, посвященных 175-летию со дня основания ЛДА; 7 сент. 1985 г. приехал на торжества по случаю тезоименитства (9 сент.) Патриарха Пимена. 15 сент., в Неделю 15-ю по Пятидесятнице, В. совместно с митр. Ленинградским и Новгородским Антонием (Мельниковым) совершил свою последнюю Божественную литургию в Спасо-Преображенском соборе в Ленинграде, где 85 лет назад был крещен. После литургии он почувствовал себя плохо, был доставлен в больницу с инсультом и параличом левой части тела. Спустя 7 дней В. мирно почил о Господе. Погребен на Серафимовском кладбище в С.-Петербурге, согласно его желанию быть похороненным в родной земле.

Сочинения. В период пребывания на Св. горе В. написал ст. (по сути небольшую монографию) "Аскетическое и богословское учение св. Григория Паламы" (впервые издана в Праге в 1936 в ежегоднике "Seminarium Kondakovianum"). Это первая работа на рус. языке обобщающего характера, написанная на основе всех изданных к тому времени творений свт. Григория Паламы. Она может рассматриваться как ответ на нападки на свт. Григория некрых католич. ученых (М. Жюжи и др.). Миросозерцание свт. Григория Паламы в работе В. представлено как единое, целостное учение. Исходной точкой для него служит гносеология, антропология и аскетика святителя. Значение свт. Григория В. видит в том, что он "своим учением о несозданном Свете и Божественных энергиях... подвел неразрушимый богословский базис под традиционное мистическое учение Православной Церкви" (С. 150). Споры, разгоревшиеся вокруг него, согласно В., объясняются различиями между преобладающими типами богословствования и богопознания, свойственными католич. Западу (катафатическое богословие) и правосл. Востоку (апофатическое богословие) (С. 128-130). В 1960 г. В. вновь возвращается к осмыслению личности и богословия свт. Григория Паламы в одной из небольших работ "Святой Григорий Палама - личность и учение (по недавно опубликованным материалам)" (ВРЗЕПЭ. 1960. № 33-34. С. 101-114). В ней он особенно подчеркивает монашеские истоки учения святителя, к-рое "может быть резюмировано как богословское оправдание возможности непосредственного общения человека с Богом", сделавшегося возможным благодаря Воплощению (С. 107).

Пребывая в Оксфорде, В. принял участие в составлении "Греческого патристического словаря" (A Patrisric Greek Lexicon / Ed. G. W. H. Lampe. Oxf., 1961), написал ряд статей для научных журналов Англии, Германии, Греции, Италии, Франции. Начиная с 50-х гг. много работал над изучением жизни и трудов прп. Симеона Нового Богослова. Помимо многочисленных журнальных статей, посвященных прп. Симеону, В. подготовил 3-томное научное издание его "Огласительных слов" во франц. патристической сер. "Sources Chretiennes". В 1964 г. за этот труд Ученым советом ЛДА В. был удостоен степени д-ра богословия. Результатом многолетних исследований явилась фундаментальная монография "Прп. Симеон Новый Богослов (949-1022)", вышедшая в 1980 г. в Париже одновременно на рус. и франц. языках - первое в рус. церковной науке систематическое изложение мистического и догматического богословия прп. Симеона. В предисловии В. отмечает, что целью данного труда было "дать живой, объективный, хорошо документированный словами самого прп. Симеона и, в особенности, правдивый образ великого святого, доступный широкому кругу образованных читателей... а не только профессиональным византологам, или, тем более, только конфессиональным полемистам" (1996. С. 10-11). Несомненная заслуга В. состояла в том, что ему удалось представить теснейшую связь непосредственного духовного опыта прп. Симеона с догматическим учением правосл. Церкви, а также внутреннее единство его умозрения. В. приходит к выводу, что в центре богословского видения прп. Симеона находится Воплощение, к-рое "является главным источником обожения человека, оно также основа Евхаристии, которая получила у пр. Симеона то место в монашеской жизни, которого", по мнению В., "не имела у древних аскетических писателей" (С. 433-434).

Др. важное научное исследование В.- "Символические тексты в Православной Церкви" (1964) - было предложено им для обсуждения в рамках программы несостоявшегося Всеправославного Предсобора, подготовка к к-рому проводилась в 60-х гг. XX в. В. считал, что "задачей грядущего Предсобора и последующего за ним, если Богу угодно, Вселенского Собора явится... выяснение, что именно среди всех многочисленных догматических текстов может рассматриваться как символический текст, выражающий веру и учение Церкви, как Церковь должна к нему относиться и какою степенью авторитетности и обязательности тот или иной текст обладает" (БТ. 1968. Сб. 4. С. 6). В. анализирует и дает богословскую оценку символическим памятникам правосл. Церкви, начиная с Символа веры свт. Григория Чудотворца (III в.) и заканчивая Катехизисом свт. Филарета (Дроздова) (XIX в.); особенное внимание уделяет символическим текстам XVII в., в первую очередь "Православному исповеданию Кафолической и Апостольской Церкви Восточной" (1662), в к-рых вслед за прот. Г. Флоровским видит образцы "западного пленения" Православия в тот период; приходит к выводу, что все символические памятники и тексты эпохи после Вселенских Соборов следует оценивать и определять по степени их авторитетности "при свете святоотеческого предания, верности ему не по букве, но по духу... Никакой абсолютный критерий здесь... невозможен, да и не нужен" (Там же. С. 33).

В др. многочисленных научных статьях В. нашли отражение разнообразные вопросы церковной традиции: от обобщающего анализа восточнохрист. духовной жизни ("Православное духовное предание") до специальных проблем ("Ангелы и бесы в духовной жизни по учению восточных отцов", "Дата традиционного текста "Иисусовой молитвы"", "Проблема познаваемости Бога: сущность и энергия у св. Василия Великого", "Экклезиология св. Василия Великого", "Простота Божественной природы и различия в Боге по св. Григорию Нисскому" и др.). В 1982-1983 гг. В. опубликовал переводы на рус. язык 3 новооткрытых "Слов" прп. Макария Египетского из собрания типа III и 8 "Слов" из собрания типа I.

Особый интерес в лит. наследии В. представляют его воспоминания, посвященные революционным событиям в России (Февральские дни в семнадцатом году // Воспоминания. С. 2-28 ), гражданской войне (Девятнадцатый год // Там же. С. 29-197), событиям из истории РПЦ и ее деятелям в XX в. (Там же. С. 199-473).

Соч.: Аскетическое и богословское учение святого Григория Паламы // SK. Praha, 1936. № 8. С. 99-154; Date du texte traditionel de la "Priere de Jesus" // Messager EPREO. 1951. № 7-8. P. 55-59 (рус. пер.: Дата традиционного текста Иисусовой молитвы // ВРЗЕПЭ. 1952. № 10. С. 35-38); Афон в духовной жизни Православной Церкви // Там же. 1952. № 12. С. 5-23. Православное духовное предание // Там же. 1952. № 9. С. 8-20; Братолюбивый нищий: Мистическая автобиография прп. Симеона Нового Богослова // Там же. 1953. № 16. C. 223-236; Заметка к слову "О памяти смерти" прп. Симеона // Там же. 1953. № 14. С. 89-91; Angels and Demons in the Eastern Orthodox Spiritual Tradition // The Angles of Light and the Powers of Darkness. L., 1954. P. 22-46 (рус. пер.: Ангелы и бесы в духовной жизни по учению восточных отцов // ВРЗЕПЭ. 1955. № 22. С. 132-157. I., 2000п. СПб., 2002п); The Writings of St. Symeon the New Theologian // OCP. 1954. N 20. P. 298-328; The Most Enthusiastic Zealot ("Zhlwt?j maniketatoj"): St. Symeon the New Theologian as Abbot and Spiritual Instructor // OS. 1955. N 4. P. 108-128 (рус. пер.: Неистовый ревнитель: Прп. Симеон Новый Богослов как игумен и духовный наставник // ВРЗЕПЭ. 1957. № 25. С. 30-53); St. Symeon the New Theologian and early Christian popular Piety // StPatr. 1957. Vol. 2. P. 485-494; The Holy Trinity in greek patristic mystical Theology // Sobornost (Ser. 3). L. 1957. N 21. P. 462-469; 1957-1958. N 22. P. 529-537; The Original Form and the Later Redactions of the St. Symeon the New Theologian // Actes du IXeme Congr. Intern. des Etudes Byzantines. 1957. T. 3. P. 161-168; Св. Григорий Палама: Личность и учение (по недавно опубл. мат-лам) // ВРЗЕПЭ. 1960. № 33-34. С. 101-114; Le theme de l"ivresse spirituelle dans la mystique de St. Symeon le Nouveau Theologien // Messager EPREO. 1960. N. 35. P. 10-18 (рус. пер.: Тема духовного опьянения в мистике прп. Симеона Нового Богослова / Пер. Т. А. Миллер // Альфа и Омега. М., 2002. № 4 (34). С. 79-87); St. Symeon le Nouveau Theologien et Nicetas Stethatos: Histoire du Texte des Catecheses // Akten des XI internationales Byzantinistenkongresses. Munch., 1960. P. 273-277 (рус. пер.: Прп. Симеон Новый Богослов и Никита Стифат: История текста огласительных слов // ВРЗЕПЭ. 1961. № 37. С. 41-47); Еще о Халкидонском соборе и малабарских христианах: По поводу статьи Н. М. Зернова "Что отделяет нас от ортодоксальной Церкви Южной Индии" // ВРЗЕПЭ. 1961. № 38-39. С. 153-161; Прп. Симеон Новый Богослов и его отношение к социально-политической действительности своего времени // Там же. С. 121-126; Quelques mots supplementaires sur la question des stigmates // Messager EPREO. 1963. N 44. P. 203-205 (рус. пер.: Несколько слов по вопросу о стигматах // ЖМП. 1986. № 4. С. 67-68); Gregoire Palamas ou Symeon le Nouveau Theologien? // Ibid. N 44. P. 205-210 (рус. пер.: Другие главы: Григорий Палама или Симеон Новый Богослов? // ЖМП. 1986. № 4. С. 68-71.); Symeon le Nouveau Theologien: Catecheses / Introd., texte crit. et not.; trad. par J. Paramelle. T. 1-3 // SC. 96, 104, 113. P., 1963-1965; Les textes symboliques dans l"Eglise orthodoxe // Messager EPREO. 1964. N 48. P. 197-217; 1965. N 49. P. 10-23; N 50. P. 71-82 (рус. пер.: Символические тексты в Православной Церкви // БТ. 1968. Сб. 4. С. 5-36. [I.; Калуга], 2003п); Догматич. постановление "О Церкви" Второго Ватиканского собора с правосл. точки зрения // ВРЗЕПЭ. 1966. № 56. С. 222-238; Богосл. диалог между Правосл. Церковью и англиканским вероисповеданием и его проблемы // ВРЗЕПЭ. 1967. № 59. С. 157-178; Проблема познаваемости Бога: сущность и энергия у св. Василия Великого // Там же. 1968. № 61. С. 48-55; Экклезиология св. Василия Великого // Там же. № 62-63. С. 122-150; Autorite du Saint-Esprit // Messager EPREO. 1969. N 68. P. 205-209; "Essence creee" et "Essence divine" dans la theologie spirituelle de Symeon le Nouveau Theologien // Ibid. 1971. N 75-76. P. 151-170 (рус. пер.: "Тварная сущность" и "Божественная сущность" в духовном богословии прп. Симеона Нового Богослова / Пер. Т. А. Миллер // Альфа и Омега. М., 2002. № 2 (32). С. 64-83); L"Oeuvre salvatrice du Christ sur la Croix et dans la Resurrection // Ibid. 1972. N 78-79. P. 106-120; L"autorite et l"infaillibilite des Concils Oecumeniques // Ibid. 1974. N 85-88. P. 63-70; Некоторые богослужебные особенности у греков и русских и их значение // ВРЗЕПЭ. 1975. № 89-90. С. 71-88; Дух Святой в христианской жизни по учению прп. Симеона Нового Богослова // Там же. № 91-92. С. 171-191; Simplicite de la nature Divine et les distinctions en Dieu selon saint Gregoire de Nysse // Messager EPREO. 1975. N 91-92. С. 133-158; Vision de lumiere chez St. Symeon le Nouveau Theologien // Ibid. 1976. N 93-96. P. 15-37; Исповедь и священство у прп. Симеона Нового Богослова // Вестн. РХД. 1979. № 129. С. 25-36; Saint Symeon le Nouveau Theologien a travers les ages (XIeme-XXeme s.) // Messager EPREO. 1979. N 101-104. P. 27-32; Преподобный Симеон Новый Богослов (949-1022). I., 1980. Н. Новг., 19963 (Dans la Lumiere du Christ: St. Symeon le Nouveau Theologien (949-1022). Chevetogne, 1980); Монахиня мать Екатерина [Полюхова] (1906-1982): Опыт духовной биографии // ВРЗЕПЭ. 1985. № 114. С. 209-217; Из восп. о Соборе 1971 г. // Вестн. РХД. 1986. № 147. С. 210-235; Богословские труды (1952-1983 гг.): Ст., докл., переводы. Н. Новг., 1996 [Библиогр.: С. 365-371]; Воспоминания. Н. Новг., 1998; Две встречи: Митр. Николай (Ярушевич) и митр. Никодим (Ротов). СПб., 2003; Церковь владыки Василия (Кривошеина). Н. Новгород. 2004.

Пер.: Слово "О памяти смерти" прп. Симеона Нового Богослова // ВРЗЕПЭ. 1953. № 14. С. 92-99; Неизв. творение прп. Макария Египетского: О распятии Господнем и о терпении // ЖМП. 1970. № 12. С. 57-59; Новые творения прп. Макария Египетского: Слово 12-е // ВРЗЕПЭ. 1970. № 70-71. С. 162-166; Слова прп. Макария Египетского // Там же. 1982. № 109-112. С. 157-176; Новые "Слова" прп. Макария Египетского из Собрания рукописей типа I // Там же. 1983. № 113. С. 115-148.

Лит.: Бобринский Б., прот. Памяти архиеп. Василия Брюссельского и Бельгийского // РМ. 1985. 25 окт.; То же // Вестн. РХД. 1986. № 147. С. 206-209; То же // Судьба века: Кривошеины. СПб., 2002. С. 343-345; Городецкий М., диак. Высокопреосв. Василий, архиеп. Брюссельский и Бельгийский // ЖМП. 1986. № 4. С. 34-38; Lossky N. Son Eminence Monseigneur Basile, Archeveque de Bruxelles et de Belgique: In Memoriam // ВРЗЕПЭ. 1987. N 115. P. 43-44; Солженицын А. И. Красное колесо: В 10 т. М., 1993-1997. Т. 5. С. 250-255, 383-386.